Первая глава романа с рабочим названием "Обратная сторона"

Первая глава  →  Вторая глава  →  Третья глава →  Четвертая глава  →  Пятая глава

 

 

Глава I

 

Мир на окраине города

 

Уже около часа никто не проронил ни звука. Супруги, обнимая своих маленьких детей смирившись с происходящим, сидели на полу в углу комнаты, ожидая своей участи. Они были страшно напуганы. Глава семьи держал руку любимой жены в своих руках, время от времени поглаживая ее, как бы давая понять, что все будет хорошо, все обойдется. Но надеяться на положительный исход дела было, по меньшей мере, не разумно. Было понятно, что не могут те события, которые начали в один момент развиваться так стремительно, так же неожиданно завершиться. Как правило, в подобных делах должна быть та самая инерция, тот роковой черный след торможения, оставляемый на асфальте еще движущемся автомобилем, перед столкновением. По длине этого следа всегда можно судить о силах, приводивших в движение эту машину. Деньги ли являлись здесь этой силой, власть или что-то иное - не важно. В данной ситуации след был настолько велик, что с лихвой превышал длину четырех человеческих жизней.

Я, задумавшись, сидел в кресле напротив этих незнакомых мне людей, держа в руке пистолет с взведенным курком. Сегодня выдался ужасно трудный день, и я был сильно измотан. Время от времени вскакивал со своего места для того, чтобы сделать очередной бессмысленный круг по комнате. Удостоверившись, что все в порядке, я возвращался на свое место, и на время немного успокаивался. Было понятно, что у меня начинают сдавать нервы, а по моим дрожащим рукам и хаотичным, непредсказуемым движениям было видно, что я очень сильно возбужден, и в таком состоянии готов на многое.

Дополнительный драматизм и серьезность ситуации придавал мой внешний вид. Одет я был в черный классический костюм с галстуком и черные лакированные туфли, что делало меня похожим либо на похоронного агента, либо на представителя какой-нибудь церкви нового порядка. Последний вариант лично мне нравился больше. Вот только люди, к которым я пришел сегодня проповедовать, почему то сидели в углу комнаты на полу и были сильно напуганы. Да и я не рассказывал им про Царствие Господа, хотя для этого был самый подходящий момент. Первый вариант также хорошо отражал направленность моей деятельности. Могилка, венки, горький плачь родных... ну сами понимаете. В результате, в умах людей, имевших со мной дело, эти два образа могли сливаться в один, совершенно новый. Получался такой, своеобразный пророк, точно знавший о том, как человеку можно получить избавление и успокоение, и даже готовый за максимально короткий срок это предоставить.

Мысли на отстраненные темы немного отвлекали от насущных проблем. Время, однако, все равно тянулось невыносимо медленно, и с этим ничего нельзя было поделать. Казалось, что между стандартными секундными отрезками времени находились какие-то неучтенные наукой интервалы, способные растягиваться или сжиматься, подстраиваясь индивидуально под каждого человека. Шутка и насмешка, а возможно и плевок со стороны Создателя, заключался в том, что зависимость между скоростью потока времени и желанием наблюдателя всегда была обратной. Милостью Божией это назвать было трудно. Чем сильнее я хотел развязки сегодняшней ночи, тем медленнее разворачивались стрелки на часах.

Меня утешало лишь то, что самое трудное было позади. Я ждал звонка по телефону, того самого подтверждения, после которого эта трудная ночь должна будет закончиться. Закончится для всех. Для меня она должна будет завершиться бутылкой холодной водки, теплой постелью и парой тысяч Евро на счету, а для этой семьи, прибывающей в таком кошмаре уже около шести часов - встречей с вечностью.

Отправляясь на это дело, я знал, на что иду, заранее знал, что мне придется убить этих людей. Никогда не отказывался от подобной работы. Этические вопросы меня совсем не беспокоили. Всех подробностей дела мне не сообщали, и мне не было известно, за что этим людям предстояло заплатить такую большую цену, но было ясно, что за всю свою жизнь они и мухи не обидели. Ну а, обидев, сразу бы извинились. Имея же представление о том, насколько серьезные люди были заинтересованы в быстром исходе дела, задавать лишние вопросы относительно заказа было непредосудительно и даже страшно. Они хотят быстрого исхода дела, именно такого - радикального, значит, они его получат. Однозначно, закон был на стороне семейной пары, что бы они там не совершили, но на противоположной стороне - я с заряженным пистолетом в руке. Закон в данном случае очень сильно проигрывал, отступая под натиском грубой силы.

— Отпусти хотя бы детей, — неожиданно нарушил тишину глава семьи. Это прозвучало так тихо, что его ели услышала даже сидевшая рядом жена. Он нарочно говорил в полголоса, чтобы лишний раз меня не раздражать. Я поднял взгляд в их сторону. На виске у мужчины кровь уже запеклась, а на скуле уже хорошо был заметен большой темный синяк. Дочки прижимаясь к матери, сидели, глядя на меня.
— Надо подождать еще немного, — сухо отозвался я, встав и пройдя вокруг комнаты еще один круг. Такой ответ полностью исключал раздражающие причитания и прочие уговоры этих людей. Я же был уверен, что никто из них из этой комнаты не выйдет. Они все были обречены. Финальную точку должен был поставить лишь телефонный звонок. Даже детей, этих двух маленьких девочек я готов был убить без сожаления. Я делал такое и раньше, и всегда без угрызения совести.

Такова была моя природа. Кто-то мог бы предположить, что меня вынуждали обстоятельства, возможно, нужда. Отнюдь. Я осознанно и добровольно выбрал этот путь - Путь зла, который приводит к поставленной цели значительно быстрее, чем праведные путаные тропы судьбы. К тому же для такой работы я подходил, как нельзя лучше, несмотря на свою некоторую несдержанность, иногда излишнюю озлобленность, я был хладнокровным наемником, казалось бы, напрочь лишенным всех положительных человеческих чувств, которые и придают человеку человеческий образ. Убийство стало для меня обыденностью, рутиной. Никаких эмоций по этому поводу я не испытывал. Впрочем, иногда совершал убийства даже с некоторой необъяснимой личной заинтересованностью. В дни, когда мне случалось долго сидеть без заказов, я часто впадал в глубокую затяжную депрессию, из которой, порой, не мог выйти несколько недель, а иногда и месяцев. После очередной работы, наоборот, случался небывалый прилив сил, душевное равновесие и спокойствие. Я часто задумывался о причинах этого странного явления, но ничего путного ответить на свои вопросы не мог.

Заставив всех вздрогнуть от неожиданности, на столе зазвонил телефон. Первый сигнал, второй, третий, четвертый... По непонятной даже мне самому причине я медлил, почему-то не брал телефонную трубку, хотя звонка ждал уже много часов... пятый, шестой, седьмой... Восьмой сигнал прозвучать не успел. Раздался оглушительный взрыв, треск и звук разбивающегося стекла. Не успел я, что-то понять, как в комнату через окна и дверь, на манер спецназа, ворвались люди в военной форме. Через три секунды я уже лежал на полу лицом вниз со сцепленными за спиной руками. На голову мне был надет черный тряпичный мешок из плотной ткани, который делал бессмысленными все попытки оглядеться по сторонам, и очень сильно мешал притоку кислорода.

В тот момент, когда я был почти полностью обездвижен, у меня нашлось время спокойно обдумать происходящее. Было понятно, что мне из этой ситуации уже никак не выкрутиться, придется отвечать за все содеянное по всей строгости закона. То, что эти люди представляли закон, сомнений не было. Если бы мои работодатели хотели проконтролировать ход процесса, то можно было отправить еще одного человека, ну максимум двух. Но тут же была целая группа захвата, не менее десяти превосходно тренированных солдат. Для совершения убийств обычно нужно гораздо меньше людей, чем для обеспечения мира и спасения жизней.

Также я подумал о том, как же повезло моим пленным, которые еще пару минут назад были на волоске от смерти, а теперь, совсем скоро их отпустят на свободу, возможно, возьмут под защиту и помогут решить им их проблемы. Всё хорошо, что хорошо кончается. Для них теперь всё складывалось наилучшим образом.

Уже примерно через десять минут меня выводили из комнаты под руки, в наручниках, все с тем же мешком на голове. Проходя в дверной проем, я машинально пригнул голову, чтобы не обо что случайно не стукнуться, и тут случилось то, чего я не ожидал, что заставило меня вздрогнуть от неожиданности. За спиной прозвучали два оглушительных выстрела, а следом за ними, заглушающий другие звуки пронзительный крик детей...

 

Первая глава  →  Вторая глава  →  Третья глава →  Четвертая глава  →  Пятая глава